Дима Лихачев (dm_lihachev) wrote,
Дима Лихачев
dm_lihachev

Categories:

Сейчас даже трудно поверить, что это было, Ч. 8

Воспоминания о жизни в конце ХIХ - начале XX веков (Рыбинск, Молога, Гейдельберг, Берлин, Париж, Швейцария, Хабаровск и предчувствие революции)*
Анна Борисовна Матвеева (Ревякина), автор
...Судьбой же отмеряно всего пять лет. Пять лет, которые были для них годами тревог и лишений, но и годами напряженного, я бы сказала, творческого труда.

Вернувшийся из плена, подлеченный немцами, отдохнувший в семье, Дмитрий Иванович стал думать сначала о работе, затем о поисках квартиры: хотелось независимости, хотелось воссоздать кабинет (библиотека и мебель находились в подсобных помещениях коровкинского дома), наконец, Коровкины поговаривали о том, что из Рыбинска лучше бы уехать.

Жилье нашлось. Это был дом Сапожникова (не так давно его снесли) на углу Пушкинской и Мышкинской (Герцена) улиц. Хозяина дома новые власти решили уплотнить, и дом стал коммунальным. Ревякины поселились на втором этаже.

В городе было неспокойно. Люди, измученные войной, двумя революциями, лишенные своих домов, работы, жили в постоянном страхе: повсеместные обыски изъятие «лишнего» имущества; наряды краснофлотцев искали инакомыслящих, вытаскивали зачастую неповинных людей, по законам военного времени расстреливали без суда.

Аресты становились нормой жизни. Однажды поздним вечером к ним зашла Надя. Была она в темном платке и в простенькой кацавейке.

— Митя, Саша, я зашла проститься. Петя не пошел, простите его. Варю и Петрушу отправили в Москву, а сегодня и мы уезжаем.

— Надолго? Как же вы там жить будете?


Политические заключенные-женщины, освобожденные из Рыбинской тюрьмы, 1917

— Проживем, даст Бог. Москва велика, нас там никто не знает. Может, свидимся. Как устроимся — напишу.

Женщины обнялись, расцеловались. Всплакнули, — и все.

Не стало большого коровкинского дома, который был для них родным с 1916 года.

* Рыбинск. Документы и материалы по истории города. Стр. 201, док. №48.
В это же время (конец 1918 года) Дмитрия Ивановича приглашают на работу в совнархоз, созданный в марте 1918 года, «в целях борьбы с безработицей и регулирования промышленности»*, где он занимается экономическими вопросами и возглавляет бюро обследования промышленных ресурсов, а также проводит работу по изучению нашего края.

Порядок в городе все-таки восстанавливается. Мародерство исчезает, так как магазины были разорены и разграблены еще в 1917 году.

Бабушка рассказывала, как однажды, идя по улице Герцена (быв. Мышкинской), она встретила немолодую женщину, с трудом тащившую огромную бутыль водки (может быть, Смирновской?).

— Привел Господь, — сказала она. — Иди и ты, там осталось еще.

Но оставалась узаконенной «неделя сундуков». В квартиры бывших богачей и «гнилой» интеллигенции, представителями которой были и Ревякины, являлась делегация женщин в красных платочках; они начинали обыск с сундуков, заглядывали в гардеробы и реквизировали те вещи, которые считали излишними. Необходимые, по их мнению, оставляли хозяевам.

Самой дорогой вещью в семействе считалась норковая шуба с ильковым воротником.

Жители соседнего дома предупредили (так было принято), что сейчас к ним будут пролетарки.

Как спасти шубу? Решение пришло тут же. Шуба положена под матрац на постель Павла, сам Павел обвязан платком.

— Ложись на кровать и охай, у тебя болит зуб.

Сын понял и начал стонать.

Пришедшие вскоре женщины уже приступили к разборке вещей, однако обратили внимание на парнишку, мучающегося от зубной боли.

— Слушай, ты, вроде, образованная, а не знаешь, что лучшее средство от зубной боли — настойка шалфея; пусть полощет раза два тепленькой — и все пройдет.

Вот так было. Прихватив несколько полотенец, женщины ушли.

Шуба была спасена, и я видела ее. Из большой элегантной шубы для моей матери в сороковых годах сделали аккуратную небольшую шубку, которую она носила лет десять-пятнадцать, пока ее не съели моли.

Я отвлеклась. Александра Ивановна ищет для дочери няню, так как сама собирается работать в школе.

В Рыбинске учителей-второступенцев восемьдесят человек. Среди них учительницы, окончившие Бестужевские курсы в Петербурге или женские курсы В.И. Герье в Москве, а среди мужчин были выпускники университетов и даже высшей духовной академии. Почти все работали раньше в гимназиях и училищах города и были готовы работать в новых школах.

Конечно, нужны были новые установки, программы, методики, следовательно, руководству города пришлось обратиться к тем же самым преподавателям.

Перед ними была поставлена задача: учителя должны воспитывать молодое поколение строителей социализма. Возникало сомнение, справится ли учительство с поставленной задачей, поэтому было решено всех учителей подвергнуть экзамену, чтобы они доказали свое право работать в советской школе. Учителя должны были подготовить доклады, рефераты, сообщения на темы, которые им были предложены нашими первыми методистами, избранными из тех же восьмидесяти учителей.

* Чайковский Ф. К. Родился в 1894 г., Польша, г. Мазовец; учебная школы № 25, Зав.. Проживал: Ярославская обл., Рыбинский р-н, г. Рыбинск. Арестован 17 февраля 1938 г. Приговорен: ОС при НКВД 22 сентября 1938 г., обв.: 58-10 ч.1. Приговор: 10 л. ИТЛ Реабилитирован 2 сентября 1992 г.
Одним из них оказался Феодосий Корнилович Чайковский*, прекрасно знавший русскую литературу как древнюю, так и новую — то есть, после Ломоносова, поэтому именно он выдавал темы словесникам и историкам для рефератов и докладов.

Ревякина А.И., например, получила задание-реферат на тему: «Воспитание атеистов по произведениям Гоголя Н.В.». Историкам, наверняка, пришлось знакомиться с работами Карла Маркса и Фридриха Энгельса.

А бабушка домой пришла расстроенная, так как ничего не могла придумать, на каких же произведениях великого писателя воспитывать атеистов.

— Митя, помоги же мне, — попросила она мужа.

— Саша, да не пиши ты ничего. Ведь я же не собираюсь сдавать никаких экзаменов, хотя нам тоже предстоит получать новый диплом.

— Ты анархист, — сказала Саша, обвинила его в безразличии к ее заботе и все-таки занялась этим сама.

У нее получилось. Были привлечены «Вий», «Заколдованное место», что-то из «Арабесок»; все было обосновано и, таким образом, диплом от новой влчсти был получен и назначение в одну из школ тоже.

Далеко не у всех экзамены прошли успешно. Одна из учительниц немецкого языка на вопрос: какую роль сыграло христианство, введенное на Руси в 988 году, ответила:

— Я думаю, облагораживающую.

— Достаточно, — молвил экзаменатор из матросов, — к работе с детьми не допускать.

Всем было ее очень жаль.

Получив новые аттестаты, учительская когорта, подкованная идеологически, начала сеять «разумное, доброе, вечное».


Группа учителей Рыбинского коммерческого училища с Брешко-Брешковской

Мне очень дороги воспоминания о тех старших, старых учителях, с которыми мне довелось встретиться в годы учебы в Щербаковском учительском институте (1949—1951 гг.) и в дальнейшей моей работе в школах города.

* Туров И.Д.: 1883 года рождения, Место рождения: Вологодская губ., Вольский уезд, д. Тавринга; русский; председатель педагогического совета в Вожгальской гимназии; место проживания: Куменский (Вожгальского) р-н, с. Вожгалы, Осужд. 26.12.1918 Уральская ЧК. Обв. за принадлежность к партии кадетов. Приговор: Освобожден через 4 месяца ввиду поручительства. Реабилитиация 14.07.1992
Иван Деевич Туров* — словесник, интересный человек, он работал в педагогическом училище и читал лекции нашим студентам-литераторам.

С ним свел меня смешной случай. Я торопилась куда-то и, перепрыгивая через ступеньки, летела вверх по лестнице в широченных шароварах (мода была такая) и в курточке.

Вниз спускался старичок небольшого роста, полненький, с очень добрым лицом. Это я успела заметить.

— Куда ты несешься, существо? — старичок остановился.

— Какое еще существо? Я не существо и тороплюсь на семинар.

— Как зовут-то тебя; вроде бы я всех знаю.

— Так я же с физмата. И вообще я Анна. Фамилию сказать? Ревякина я, Анна Ревякина.

— Постой, постой, Александра Ивановна Ревякина тебе кто?

— Бабушка, — буркнула я.

Дальше последовала остановка и расспросы о бабушке: как чувствует себя, работает ли, где работает; завершилась встреча приветами и лучшими пожеланиями Александре Ивановне. А мне было рекомендовано носить юбки.

Еще раз мне удалось случайно услышать, как интересно он рассказывал студентам о древних рукописях, и я узнала, что его зовут Иван Деевич.

* Лучинский А.В. (1892-1967). Доцент. Окончил МГУ (1915). Служба в царской и в Красной Армии (1915-1921); преподаватель математики и заведующий средней школой (1922-1929); преподаватель авиационного техникума (1929-1932). Работал в РАИ - УАИ с 1932 по 1949 гг.: ассистент (1932-1933); избран на должность доцента в 1933 г.; доцент с 1938 г.; зав. кафедрой математики (1935-1942 и 1946-1949); в 1942 г. был призван в армию и служил в должности преподавателя математики в военных училищах. Научные интересы - в области аэродинамики. Опубликовал статью Относительный поток воздуха по лопастям пропеллера // Записки МГУ, 1915. Участник гражданской войны. Награжден орденом Красного Знамени (1921).
Анатолий Владимирович Лучинский* — наш удивительный математик, у которого окружность на доске возникала без циркуля — одним взмахом руки, а лекции его были для нас прекрасным открытием мира большой математики. Во внеурочное время он ходил с нами на каток, бывали в кино, а зимой зачастую шли домой через Волгу.

Он хорошо знал бабушку — по работе в школе, а деда — по работе в Рыбинском научном обществе в 1921-23 годах.

Ревякины, как и все жители нашего города, жили, работали, растили детей и... голодали, ибо «по имеющимся в губпродкоме сведениям, содержимое питания губернии исчерпано окончательно. Рыбинский уезд и Рыбинск фактически голодают...» [Рыбинск. Документы и материалы по истории города, стр. 197]

Значит, Александра Ивановна снова по выходным дням собирается в поездку по ближайшим деревням и поселкам снова менять вещи на любые продукты: картошку, рыбу, масло, если где-то еще остались маслобойни, может быть, муку или зерно.

Как и раньше, собирались компаниями, договаривались с машинистом товарняка, чтобы он посадил их в пустой вагон, пусть даже в тамбур, а перед Рыбинском притормозил состав, чтобы можно было сбросить мешки и котомки, спрыгнуть и не попасть в облаву. Ездили женщины осенью и зимой, а когда машинист останавливал состав за три-четыре километра от станции, то все, торопясь, выкидывали свои мешки и, перекрестившись, прыгали сами. И судьба хранила их. Никто не пострадал во время приземления, но самое удивительное — ни у кого ничего не было украдено.

— Эй, бабенки, чей это мешок? — кричит одна.

— А вот чей-то баул — забирайте.

Мешки, баулы, котомки разбирались хозяйками, и вся компания с тяжелым, но таким необходимым грузом рассеивалась по разным дорогам к своим домам.

Дмитрий Иванович встречал жену; зимой спасали санки, а осенью груз делили пополам и довольные шли домой.

— Саша, ты очень устала?

— Немного, Митя; ты же пришел, и все хорошо. Как дети?

С детьми порядок, а через час-полтора готов и ужин. Как хороша и вкусна горячая картошка да еще с маслом!

Рейды повторялись через две-три недели.

Зарплату выдавали натурой: однажды Дмитрий Иванович принес два ведра повидла: в другой раз отец получил две большие корзины спичек, а Павел очень толково их распродал, оставив часть для обмена.

Наверное, в экстремальных условиях у каждого человека включаются какие-то «резервы», которые помогают ему превозмочь голод, холод, всякое неустройство. Люди работают, недоедают, но остаются здоровыми; у них остались в прошлом и уют, и веселье, и сытные праздники, они ходят в обносках, но... они живы, а остальное приложится!

Власти занимались домами и усадьбами бывших богатых горожан: купцов, дворян, промышленников. Многие были ликвидированы (какое ужасное слово). Дома подвергались разграблению, но все-таки находились люди, которым удавалось сохранить ценные вещи для будущих музеев.

В имении Михалковых была прекрасная библиотека. Ее вывезли их дома и в полном беспорядке свалили в сарай. Книги ждал костер.

Дмитрию Ивановичу кто-то сообщил о предстоящем аутодафе, и он пошел к руководителю этой варварской акции. Оказалось, товарищ знал Ревякина по работе в совнархозе и уважал его. Дмитрий Иванович произнес страстную речь в защиту книг любых, находящихся в сарае, уверяя, что они будут необходимы и молодым, и старшему поколению, что они представляют культурное наследие прошлых веков, хранят знания, накопленные человечеством за многие столетия, тайны истории и т.д. Тогда товарищ сказал:

— Дмитрий Иванович, мне приказано от них освободиться. Если ты с кем-нибудь увезешь их, то так и быть — тащите их в усадьбу Наумова, там уже есть книги.

*Золотарев А.А. В 1930 году вместе с другими рыбинскими краеведами был осуждён на три года архангельской ссылки. В 1940-е годы написал несколько религиозно-философских статей, опубликованных лишь недавно. Умер 13 февраля 1950 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище. Реабилитирован в 1989 году [*]
Стояла зима. Все сковано льдом. Дмитрий Иванович оперативно собирает единомышленников: Алексея Алексеевича Золотарева*, Марию Константиновну Шестакову, учительницу Благову, собственную жену, — и на санках в сумерки, и далее — в темноте, книги были перевезены в Наумовскую усадьбу, где и разместилась вся библиотека Михалковых, положив основание главной библиотеке города.

«С 1919 года заведующим библиотекой становится Золотарев, обладающий энциклопедическими знаниями в области литературы и искусства, естествознания и философии. Здесь проходят заседания научного общества, литературные вечера» [Рыбинск. 115 лет РЦБ им. Энгельса]

Голодающий город получил замечательный очаг культуры.

* А. А. Золотарев.
«Из всех образовательных учреждений общественная библиотека есть учреждение самое народное и общенеобходимое»*.

Мне приятно сознавать, что мои бабушка и дед внесли свой небольшой вклад в создание моей любимой библиотеки.


Продолжение следует ...

публикация подготовлена при помощи Михаила Матвеева

Tags: тетя Аня
Subscribe

  • Фокс, Нара, Горки

    Накупааались сегодня с Фоксом в Наре. Нара холодноватая еще и мутная - но всё равно в каййф, особенно Фоксу, он до сих пор в отрубях. Стал заправский…

  • Рогожка, Шарманка, Собянин

  • Шарманка RIP

    Да и хуй с ней)) Там из калашей стреляли, какие-то толи ары толи азеры, вероятно с рогожского рынка, гуляли с блядями. Рассадник, вощем. Спасибо…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments